Письмо Твое от 13-го октября я получил 23-го. Долго странствовало письмо Твое. Благодарю Тебя за все Твои действия в пользу Кавказской Церкви.

Мне чрезвычайно приятно, что мы совпадаем с Алексеем Федоровичем Крузенштерном в одно понятие о действии религиозном на горцев. По моему мнению, Моздок, в настоящее время, есть единственный пункт, из которого можно действовать с успехом; может быть впоследствии на правом фланге будет служить подобным пунктом резиденция командующаго, но то впереди: прежде надо сделать то, что под руками, - надо образовать и усилить то, что уже действует, будучи предоставлено само себе.

В Моздоке есть Апостол для горцев, несравнимый ни с какими миссионерами: чудотворная икона Божией Матери, к которой во множестве притекают даже магометане - горцы. При церкви, в которой пребывает Икона, имеется 800 душ мужескаго пола осетин-христиан и 700 душ христиан-черкесов. Церковь, где Икона, премаленькая и преветхая, Для построения новой собрано несколько тысяч денег; если к ним прибавить от казны небольшую сумму, то можно выстроить прекрасную церковь, которая приведет осетин и черкессов в восторг. Надо учредить крестные ходы с Иконою за Терек. Весьма бы хорошо учредить при церкви и Иконе монастырь общежительный: монахи наилучшие миссионеры; сверх того в монастырь могли бы вступать в число братства осетины и черкессы, к чему они наклонны.

В Моздоке имеется духовное училище, в беднейшем положении: его надо привести в порядок, и надо дать ему возможность обучать черкесских и осетинских детей, с целью приготовить из них причетников. Быв ныне в Моздоке, я велел взять в училище четырех мальчиков, и один умненький 15-ти летний юноша приехал ко мне в Ставрополь, чтоб приготовиться к принятию священства, при всех этих распоряжениях непрестанно является вопрос о средствах, потому что без них ничего не сделаешь, а их то и нет. В здешней Семинарии я предложил усилить преподавание осетинскаго языка; надо бы ввести и развить в Семинарии преподавание и прочих местных языков и наречий, именно в видах церковной пользы края, а здесь хотели было уничтожить преподавание осетинскаго языка, развить же преподавание французскаго и немецкаго, изволь видеть направление! Оно не без начальной причины и мысли, и не без цели.

Посылаю к Василию Антоновичу при письме те сведения, которыя я мог найти об обеих суммах, Причиною, что мне не высланы деньги, - новость графа Толстаго в делах и крайняя безпамятливость Митрополита Григория с одной стороны, с другой - нерасположение ко мне мелких чиновников Синода, служащих по этой части, каковым нерасположением я постоянно пользовался, и - горжусь!

[...]

Благословение Божие да почиет над Тобою. Будь здоров и благополучен. Тебе преданнейший брат Игнатий,